Журнал "Наше Наследие"
Культура, История, Искусство - http://nasledie-rus.ru
Интернет-журнал "Наше Наследие" создан при финансовой поддержке федерального агентства по печати и массовым коммуникациям
Печатная версия страницы

Редакционный портфель
Библиографический указатель
Подшивка журнала
Книжная лавка
Выставочный зал
Культура и бизнес
Проекты
Подписка
Контакты

При использовании материалов сайта "Наше Наследие" пожалуйста, указывайте ссылку на nasledie-rus.ru как первоисточник.


Сайту нужна ваша помощь!

 






Rambler's Top100

Музеи России - Museums of Russia - WWW.MUSEUM.RU
   
Подшивка Содержание номера "Наше Наследие" № 71 2004

С князем Никитой Дмитриевичем Лобановым-Ростовским, видным деятелем русской эмиграции, живущим в Великобритании, беседует глав

С князем Никитой Дмитриевичем Лобановым-Ростовским, видным деятелем русской эмиграции, живущим в Великобритании, беседует главный редактор журнала "Наше наследие" В.П.Енишерлов

 

Россия. Взгляд с Запада

 

Никита Д. Лобанов-Ростовский

 

В.Енишерлов. Никита Дмитриевич, давайте в начале нашего разговора коснемся судеб культурно-исторического наследия нашей страны, причем по более широкому кругу вопросов, чем только русское искусство на западном антикварном рынке, чему была посвящена наша прошлая беседа (Наше наследие. 2002. №62). Ведь вы не только известный эксперт в области антиквариата, крупный коллекционер русского театрально-декорационного искусства, но и финансист, бывший вице-президентом крупного американского банка, ученый-геолог, объездивший с экспедициями полмира, и русский аристократ, чьи родовые корни восходят к Рюрику. Я знаю, что при этом практически вся ваша сознательная жизнь на Западе была связана с русской культурой и вы, человек западного воспитания и русских корней, как никто другой можете судить о том, что происходит сейчас с российским культурно-историческим наследием и в России и за рубежом.

Слышали ли вы, например, что в России предполагается продавать современным миллионерам, олигархам и т.п. архитектурные и исторические памятники? Начинать думают с Санкт-Петербурга, реализовав кронштадтские форты, дома и дворцы в северной столице (в том числе, по-моему, дом Лобановых-Ростовских), усадьбы в пригородах (некоторые строения в Ораниенбауме и имение Осиновая Роща Вяземских-Васильчиковых) и т.д. Конечно, Москва не отстанет от "культурной столицы", и по России покатится вал распродаж некогда национализированных поместий, дворцов, домов. Что вы думаете об этом? Есть ли в мире примеры того, чтобы незаконно национализированные государством владения, да еще считающиеся памятниками истории и культуры, продавались нуворишам, часто и при живых наследниках?

Н.Лобанов-Ростовский. Мне представляется, что передача на основе лизинга, но не продажа в собственность исторических архитектурных памятников российским правительством в частные руки - единственная возможность спасти эти памятники от разрушения. Причем срок аренды может быть и 49, и 75, и 99 и т.д. лет. Это позволит правительству дать возможность некоторым лицам обзавестись дворцами - среди прочих тем, кто, перекачав за бесценок госимущество (как, например, нефть) на свой счет, нажились баснословным состоянием. Но - и это очень важно - надо установить четкие правила, по которым будет проходить такая передача памятников. В качестве примера можно взять законодательство во Франции. Французское государство и города, в общем, занимаются поддержкой и реставрацией исторических и архитектурных памятников. Конечно, происходит это в стране, где бюджет на культуру был самым высоким в Европе, т.е. составлял 2% от национального дохода. За последние 30 лет эта цифра, к сожалению, постоянно уменьшается. Этим объясняется и нынешняя практика, когда правительство или город, сделав капитальный ремонт, сдают в аренду памятники архитектуры на основе лизинга на срок до 75 лет предприятиям или частным лицам, которые затем делают дополнительный ремонт и соответственно поддерживают здание на условиях, указанных в контракте. Никто не может продавать эти объекты.

Многие из памятников архитектуры в Петербурге и Москве, а также и усадьбы в провинции были насильственным образом изъяты у владельцев советской властью. Россия до сих пор не имеет закона о реституции конфискованного имущества в силу сложных политических и эмоциональных причин. С юридической точки зрения людям, проживающим вне России, продажа имущества, незаконно изъятого у владельцев (без адекватной компенсации) большевистским режимом, третьим лицам кажется противозаконной, уже не говоря о прямом нарушении прав человека. Известно, что если кто-то за рубежом купит имущество, которое было национализировано, то он подпадет у себя в стране под режим международного права и может быть судим. Например, когда одна японская компания захотела приобрести знаменитое имение-заповедник "Аскания-Нова", оказавшееся после развала СССР в собственности Украины, то ее представители, прежде чем подписать сделку, съездили в Лихтенштейн к барону Э.А.Фальц-Фейну, чьи предки создавали и владели до революции "Асканией-Нова", и попросили его подписать документ о "согласии", за что предложили значительную сумму денег. Эдуард Александрович отказался пойти им навстречу. В России же международное право не распространяется на лиц в случае покупки ими национализированного имущества. Да и в стране, где порядок и системное отношение к собственной истории еще в зачаточном состоянии, эмоции такого сорта вряд ли кого беспокоят. Потому лизинг, как форма временного владения, на этой стадии мне кажется наиболее приемлемым.

В.Е. Проблема в том, что варварское, иначе не назовешь, отношение к природному и культурному наследию в современной России, по-моему, не имеет аналогов. В Подмосковье, например, вырублены десятки тысяч реликтовых сосен, земли кем-то проданы неизвестно откуда взявшимся миллионерам, строящим гигантские безвкусные дворцы, особняки, целые поселения за десятиметровыми уродливыми заборами. Все это несет отчетливо видимый криминальный след, и слава Богу, что наконец на эти сделки обратили внимание компетентные организации. Ведь что получалось. Вековые сосновые леса вокруг знаменитой Николиной Горы, например, неожиданно становились на бумаге заболоченным кустарником, подлежащим вырубке, и безжалостно уничтожались какими-то доморощенными фирмами, с благословения купленных на корню чиновников самого высокого ранга. Но и этого мало! Угроза нависла и над природными и историко-культурными заповедниками. Что может быть для нуворишей привлекательнее заповедных земель, которые можно безнаказанно хапнуть. Какие-то шустрые умельцы взяли в аренду и уже начали вырубать под строительные площадки заповедные леса в усадьбе "Архангельское". Их едва успели схватить за руку и пока остановить. А несколько лет назад там исчезла знаменитая Юсуповская роща. В толстовской Ясной Поляне, усадьбе Поленовых на Оке, в подмосковном Муранове Боратынского и Тютчева идет постоянная ежедневная борьба с агрессивно наседающими "миллионерами", желающими построить свои "виллы" вблизи всемирно известных усадеб, освященных великими именами. "Натиск идет волнами, - говорит директор Ясной Поляны В.Толстой, - желание урвать кусок заповедной земли не проходит..." Нависла угроза и над Шахматовом, недавно созданным музеем-заповедником А.Блока, имеющим все юридические права на земли - бывшие владения семьи поэта. Это его и его предков имение, эти поля, холмы, леса законно принадлежали его деду. Они были поэтической лабораторией А.Блока. Один раз имение поэта уже национализировали - после революции 1917 года, затем эти земли решением правительства вернули музею-заповеднику в виде территории музея и его охранных (по закону РФ) зон. Теперь же поэта, вернее, память о нем пытаются грабить во второй раз, наплевав на все, что должно быть дорого всякому нормальному человеку. Что же останется в России, если исчезнут за заборами коттеджей леса в Архангельском, шахматовские дали, поленовские пейзажи и яснополянские рощи, изгадятся современными лопахиными поэтические виды из мурановского дома?

Н.Л.-Р. Вы нарисовали картину пугающую, но, к большому сожалению, совершенно реальную для современной России. Если в революцию 1917 года властвовал бандитский лозунг "экспроприация экспроприаторов", то в России XXI века, пожинающей плоды преступной приватизации, господствует слияние олигархического капитала с разложившимся чиновничеством, порождающее ужасающую коррупцию, преобладает принцип коммерциализации, всевластия денег, добытых порой заведомо нечестным, преступным путем. С этим общество должно бороться, и я бы предложил вспомнить призыв писателя и гуманиста В.Г.Короленко: "Делай, что должно, и пусть будет, что будет!" По-моему, Президент Путин уже начал бить по рукам любителей ловить рыбку в мутной воде. А общество должно выполнять свою миссию - помогать бороться со скверной. Вновь я хочу обратить ваше внимание на страны западного мира - там общественное мнение очень сильно и многое определяет, в том числе и в сфере культурно-исторического наследия. Попробовали бы в Лондоне, например, в Гайд-парке задумать возведение "элитного" коммерческого жилья, как это предполагается в Михайловском сквере близ Русского музея в центре Санкт Петербурга. Общественность попросту растерзала бы наглых коммерсантов вкупе с чиновниками, разрешившими вандализм. Вот пример того, чему надо учиться у просвещенной Европы, а не бездумно поклоняться ее поп-идолам, яхтам и автомобилям.

В.Е. В нашем разговоре вы постоянно ссылаетесь на опыт Европы. Что вы думаете об отношениях России и Европы в XXI веке? Актуален ли сейчас пушкинский вопрос: "Как России войти в Европу и остаться Россией?"

Н.Л.-Р.  Эта тема - уже перешедшая из некой старинной философской и поэтической концепции в сегодняшнюю политическую реальность. И реальность эта требует абсолютно прагматического подхода. У России, как писал Тютчев, "особенная стать". Нельзя никоим образом отменить Францию, Германию или Россию. Они были, есть и будут. И полагаю, что размышления на благодарную уже столетие тему - "Да, скифы - мы! Да, азиаты - мы, с раскосыми и жадными очами!.." и т.д. к политико-экономическим и культурным реальностям начала нового века, века кооперации и глобализации, особого отношения не имеют. И могут даже помешать продвижению вперед на скользком льду процесса объединения Европы. Даже на начальной стадии кооперации России с Европейским Союзом (ЕС) уже совершенно очевидны большие сложности. Но я не стал бы называть их препятствиями. В конце концов, Россия - европейская страна, даже если Азия начинается за Уральским хребтом.

Более 60% россиян хотели бы полной интеграции с ЕС. Но трудно себе представить, что жители Европы на этой стадии отвечали бы России взаимностью. Причины для существования "голубого занавеса" (выражение, заменившее "железный занавес") совершенно очевидны.

Это эмоциональное наследие "холодной войны", исторически традиционно настороженное отношение к огромной и пока еще плохо понятной стране, страх притока очень дешевой рабочей силы и, таким образом, рост безработицы, нестабильность политического процесса в России в последнее десятилетие, неясность с установлением рыночной экономики и многое другое.

В контексте нашего разговора остановлюсь лишь на роли в этом процессе Русской Православной Церкви. Помимо таких факторов исторического недавнего прошлого, как холодная война, гонка вооружений, развал СССР и так далее, следует упомянуть и роль в интеграционных процессах, которую может сыграть Русская Православная Церковь.

Вполне возможно, что известный давний конфликт между двумя доминирующими христианскими европейскими конфессиями - католицизмом и православием - может стать еще одним препятст-вием на пути России в Европу. Особенно если ЕС в дипломатических и политичеких целях будет использовать формальные конфессиональные различия. И я бы этому не очень удивился. Поэтому, мне кажется, дипломатические усилия Русской Православной Церкви могли бы способствовать государственным интересам России. Мне кажется, что очень важным шагом в сближении двух конфессий стала передача высокочтимого Папой Римским списка иконы Казанской Божией Матери, многие годы хранившегося в Папских покоях в Ватикане, Патриарху Московскому. Это символический и высокодуховный акт.

Надо думать, что история поставит Президента Путина в один ряд с Петром Великим и Екатериной Второй в его усилиях развернуть гигантскую и неповоротливую Россию лицом к Европе, стать ее частью не на словах, а на деле. К сожалению, большевистская самоизоляция России в прошлом веке оставила тяжкое наследство не только в области экономики, но и в области политики и культуры. С другой стороны, дурная слава эпохи постперестройки, с несправедливым переделом имущества, непоследовательной приватизацией и до сих пор отсутствующим средним классом с его политическим влиянием, является весьма значительным препятствием на пути интеграции и влияет на общественное мнение Европы. Но время - лучший доктор. Придется немного подождать.

В.Е. В этом году в Центральном доме художника на выставке "Арх-Москва" была представлена остроумная инсталляция - три могилы, на плитах которых изображения уничтоженных только за последний год памятников архитектуры, находившихся в непосредственной близости от Кремля, с датами их земного существования: Военторг (1915-2003); Манеж (1814-2004); гостиница "Москва" (1932-2004). Вы часто бываете в Москве, здесь, в Филевском парке, даже есть созданный вами музей Лобановых-Ростовских. Какое впечатление производит на вас наша столица в последние годы? Я имею в виду новые дома в центре столицы, изменение облика старых площадей, улиц и переулков.

Н.Л.-Р. Я убежден в том, что за последние 10 лет облик Москвы изменился больше, чем за годы большевистского режима с его политической доминантой строительства "нового быта" и уничтожения "старого". И в худшую сторону. Большевики, при всем моем отвращении к ним, хоть пытались создать что-то свое, отличное от архитектуры и урбанизма Старого и Нового Света. Сегодня в столице демократической России становится все меньше старых улиц и переулков, придававших Москве ее своеобычность и некий неповторимый евроазиатский шарм. Москва теряет "лицо", "имидж", как сейчас принято говорить. Капитализм, культура и демократия смешаны в Москве сегодня в нечто неудобоваримое, а главное - за сегодняшней коммерческой суетой забыта ответственность перед потомками. Боюсь, что уничтожение памятников архитектуры неизбежно и, неприятно думать об этом, скорее логично в нынешних условиях России.

В Западной Европе тому, что происходит сейчас в России, аналогов нет. В этих странах существуют законы и правила о сохранении и использовании памятников культуры и архитектуры. И притом - жесткий архитектурно-строительный надзор за происходящим на городском и муниципальном уровнях. В Великобритании весь жилой и административный фонд страны классифицирован на несколько категорий, и любые изменения, связанные с использованием сооружения, его экстерьером или интерьером, должны быть согласованы, иногда на нескольких уровнях. Оповещается также и общественность, часто играющая роль запретительной или разрешающей инстанции.

Возвращаясь к вопросу о культурном наследии, я снова предлагаю Францию в качестве примера. После Французской революции 1789 года государство на аукционах продавало содержимое государственных дворцов (например, Версаля) на нужды Республики. Покупателями были главным образом иностранцы, ибо немногие уцелевшие состоятельные французы боялись привлекать к себе внимание победителей. Это могло привести к неприятным последствиям. Таким образом, огромное количество французского национального достояния оказалось за границей, - в Польше и, главным образом, в Англии. Ныне, когда мебель и антиквариат из французских дворцов продаются на аукционах, французское правительство старается приобрести эти объекты исторического прошлого и вернуть их в страну. То же делают и богатые французы, которые передают в дар эти предметы государству, но на условии снижения налога на наследство. Говорить о привлекательности такой системы в России еще очень рано. Пока здесь деньги, даже вполне законные, побаиваются государства.

В.Е. В Москве, в одном из кремлевских помещений, прошла выставка произведений Фаберже, в том числе императорских пасхальных яиц, приобретенных "новым русским" В.Ваксельбергом у семьи Форбс, для чего Ваксельбергу пришлось попросту купить более чем за сотню миллионов невесть откуда взявшихся у него долларов на корню целый аукцион "Сотбис" в Нью-Йорке, после чего новые руководители "Сотбис" примчались в Москву посмотреть, что это за чудо такое современная Россия, вдруг обретшая способность не "собственных Платонов и быстрых разумом Невтонов", как писал когда-то Ломоносов, а Ваксельбергов, Абрамовичей, Березовских и Ходорковских, Потаниных и Алекперовых с их несметными сокровищами - "российская земля рождать"? Я не знаю, что поняли здесь топ-менеджеры "Сотбис", но что вы думаете по поводу такой программы "Возвращения реликвий", которую продемонстрировал миру г-н Ваксельберг? Он, кстати, не передал в дар эти пасхальные яйца, например в Оружейную палату, т.е государству, как делают только что упомянутые вами французы, а приобрел их для себя, да еще и ввез их в Россию по временной лицензии.

Н.Л.-Р. Диссидентское движение, послужившее катализатором перестройки, предполагало немедленный расцвет культуры, науки и, в частности, меценатства. Этого, как это ни печально признать, не произошло. Надежды не стали реальностью. В России пока еще нет меценатства, как патриотической концепции, нет людей, осознающих, что культура, не только российская, но и мировая, есть один из столпов существования государства и человечества. А мировая пресса подает на своих страницах редкие случаи покупки русскими бизнесменами раритетов отечественной истории в весьма ироническом тоне, как попытку замаливания грехов перед Россией за неправедно нажитые капиталы. Один из примеров - покупка Виктором Ваксельбергом пасхальных яиц Фаберже более чем за 100 миллионов долларов у "Сотбис" при личном состоянии в 5 миллиардов долларов.

В.Е. Ощущаете ли вы, что возвращение в Россию произведений искусства становится для некоторых неплохим бизнесом? Вот бывший советский кооператор, как его представляют СМИ, Артем Тарасов, выпустивший, кстати, только что скандальную книгу "Миллионер", привез из Лондона диадему, изготовленную шведской фирмой "Болин" для морганатической жены великого князя Михаила Михайловича, внучки Пушкина Софьи Меренберг, назвал это красивое и дорогое украшение "малой короной Российской империи", принадлежавшей российской императорской семье, увеличив этим "титулом" ее ценность, и попытался сбыть в России эту корону кому-нибудь из олигархов. Когда не вышло, пристроил ее, кажется, в какой-то прибалтийский банк. А бизнесмен В.Логвиненко приобрел, судя по статье в газете "Известия", за 3,5 миллиона долларов знаменитое пропавшее после войны полотно Рубенса "Тарквиний и Лукреция", вывезенное в виде частного и, видимо, нелегального трофея неким майором Дорофеевым из побежденной Германии. Логвиненко отреставрировал картину и предложил хранителю Прусских музеев вернуть ее в Сан-Суси уже за 80 миллионов долларов. После чего прокуратура Потсдама возбудила против Логвиненко уголовное дело по статье, карающей за приобретение и сбыт имущества, добытого заведомо преступным путем, а российская прокуратура, арестовав на всякий случай картину, признала его "добросовестным приобретателем", - к изумлению немцев, считающих, что "добросовестного приобретения краденого не бывает".

Я не буду вдаваться в юридическую суть проблемы. Такой спор должен решать суд. Но то, что вокруг новых русских коллекционеров и на русском артрынке все чаще возникают этические, финансовые и правовые скандалы, настораживает.

Н.Л.-Р. Эти скандалы очень вредят имиджу России на Западе. По-моему, они отражают в зеркале антикварного бизнеса то, что происходит в России. Конечно, в мировой торговле произведениями искусства, в коллекционировании есть своя специфика и приходить сюда с нравами и приемами новых русских небезопасно. Но, увы, время идет, а современные русские миллионеры, скупившие за несколько лет прекрасные произведения искусства, ничего общего не имеют с такими знатоками-коллекционерами, создававшими некогда великие коллекции, как В.Дудаков, покойные С.Шустер, И.Зильберштейн, В.Магидс... Даже лица у них другие. Очень сильна в современных коллекциях теневая составляющая их происхождения, часто непонятны и владельцы коллекций, их, как говорят англичане, "back graund".

Что же касается возвращения в Россию национального достояния, находящегося за рубежом, то я не думаю, что оно могло бы стать хорошим бизнесом для пройдох. Рекламой - может быть. Доходным бизнесом - вряд ли. Своей инициативой Артем Тарасов получил множественную рекламу в российской и британской прессе, как и Абрамович покупкой пресловутого "Челси". Ну кто бы их знал на Западе? А подобная реклама, была бы она заказной, обошлась бы дороже, чем доход от продажи известной диадемы или расход на "Челси".

А дело господина Логвиненко и картины Рубенса "Тарквиний и Лукреция" благополучно завершилось. Как я знаю, он добровольно передал злополучную картину Рубенса российской прокуратуре до официального разрешения спора. Та, исследовав вопрос, приняла окончательное решение о законности приобретения картины и вернула ее владельцу, а господин Логвиненко передал полотно Рубенса в Эрмитаж. Так что оно, видимо, в полной безопасности и де факто возвращено мировой культуре.

В.Е. Как должны быть организованы поиск и возвращение в Россию культурных ценностей, покинувших ее в революцию, в периоды индустриализации, Отечественной войны и, контрабандно, в мирные годы?

Н.Л.-Р. Я считаю невозможным сейчас организованный поиск и возвращение в Россию культурных ценностей. Этот процесс начнется спонтанно с появлением класса, у которого кроме избытка средств появится определенный вкус и необходимое патриотическое отношение к стране. Таким образом, России придется дожидаться периода стабильности, пока вырастет новое поколение, осознающее свою роль в обществе и государственную значимость культуры. А механизм приобретения раритетов и их возврата уже давно отработан. Аукционные дома в Европе и Америке, а также и знаменитые антиквары торговали, торгуют и будут торговать русским национальным достоянием, предметами искусства. Неприятно, конечно, сидеть сложа руки, но что поделаешь...

Легальное возвращение культурных ценностей из-за рубежа в Россию могло бы стимулировать создание масштабного Музея русского зарубежья. В силу самых разных исторических причин - революций, войн, государственной политики СССР в 1930-е годы, криминальных "проектов" в перестроечное и постперестроечное время, т.е попросту массовой контрабанды, и т.д. - в минувший век вне России оказалось огромное количество очень важных для истории нашей страны духовных реликвий, первоклассных произведений искусства, библиотек, архивов и т.д. Последние тому примеры - возвращение в Россию из США чудотворной иконы Тихвинской Божией Матери и передача Президентом Путиным в Пушкинский Дом в Санкт-Петербурге автографа стихотворения А.С.Пушкина "На холмах Грузии...", приобретенного в Париже одним из крупных банков.

Время неумолимо. Люди моего поколения, а также русские общественные эмигрантские организации естественным образом заканчивают свое земное существование. Беспризорной остается масса реликвий культуры, искусства, науки. Совсем немного средств стоило бы создать, например, в одном из 3-х зданий Центра русского зарубежья в Москве на Таганке такой музей. Он мог бы быть организован и в Санкт-Петербурге в каком-либо из зданий, которые так мечтает продать местное начальство. Кстати, в Петербург, который для многих из русских эмигрантов остается символом их России, можно было бы вернуть много раритетов, связанных с виднейшими фамилиями Российской империи. Мне кажется, что разумно было бы организовать в России некий государственно-общественный орган, который бы занимался розыском культурных реликвий, их приобретением и доставкой на историческую родину, и успех определенно придет. Прецеденты этому есть. Когда-то Советский фонд культуры под руководством академика Д.С.Лихачева масштабно начинал такую деятельность, привозя и, главное, передавая в государственные музеи, библиотеки, архивы культурно-исторические реликвии. Прекрасно, что, судя по публикации в этом журнале материала о передаче в Московскую консерваторию нот и автографов замечательных русских композиторов,  "Наше наследие" продолжило эту традицию. 

В.Е. Мы только что говорили о том, что за последние годы в России появилось немало значительных коллекций произведений искусства. Что вы знаете об этих новых собраниях, как они составляются? Кто проводит эту работу? По вашему мнению, они формируются на Западе, на аукционных торгах, в галереях на Нью-Бонд-стрит, или на внутреннем российском рынке?

Н.Л.-Р. За последние 10 лет значительные корпоративные и частные собрания живописи были созданы в России. Некоторые собиратели приобретают пополнения для коллекций вне России и пока еще не торопятся привозить их домой в силу хорошо известных причин. Другие же, веря в новый таможенный режим о беспошлинном ввозе предметов искусства, весьма робко привозят новые приобретения в Россию. Коллекционерами, к сожалению, стали отнюдь не все финансово одаренные предприниматели.

Содержание собраний разнообразно, как по качеству, так и по тематике. Серьезных работ до и по конец передвижничества на российском рынке за последние 30 лет появилось очень мало. Все шедевры давно находятся в музеях. Зато, начиная с "Мира искусства", весь модернизм не пользовался популярностью у существовавших музеев. Да и некоторые музейные работники мало разбирались в живописи начала XX века и не приобретали ее в силу идеологических причин или отсутствия квалификации. Это и объясняет уникально качественное собрание В.А.Дудаковым картин группы художников "Голубая роза" и кубофутуризма. У него безупречный вкус и профессиональное знание предмета. Преждевременная кончина выдающихся коллекционеров А.Чудновского и С.Шустера привела к тому, что на рынке появились значительные работы из их собраний. Именно в этот период были положены основы собраний последней волны значительных коллекционеров, как, например, П.Авен. Собрание, которое почти никто не видел, но о котором много говорят в специальных кругах. Его советники и поставщики, видимо, помогли ему создать первоклассную коллекцию картин мастеров "Мира искусства" и "Бубнового валета". В отличие от "потаенного" собрания П.Авена недавно созданная коллекция древнерусской живописи В.Бондаренко была выставлена в Третьяковской галерее, получила высочайшую оценку специалистов, отметивших высокий уровень собрания и великолепно изданный научный каталог.

Пополняются собрания как на внутреннем российском рынке, так и на аукционах в Лондоне, Нью-Йорке, Париже и Германии и, конечно, в галереях Европы и Америки. Московские и питерские маклеры присутствуют на всех аукционах русского искусства. Их легко выделить среди присутствующих, ибо они сидят с мобильными телефонами и с запозданием на несколько секунд передают инструкции российских коллекционеров. На аукционе "Сотбис", состоявшемся осенью 2003 года, аукционист, впервые за тридцатилетнюю историю русских аукционов в Лондоне, остановил аукцион почти на одну минуту, пока согласовывалось решение клиента и сидящего в зале маклера с телефоном, - что подтверждает значимость российских покупателей на аукционах русского искусства. Этот процесс постепенно приведет к унификации вне России рынка произведений русской живописи и к стандартизации цен.

Очень значителен факт создания собраний русского искусства нашими соотечественниками вне России. Собрание М.Ростроповича полно шедевров и ждет представления хотя бы в форме каталога-резоне. Зато собрание врача Рувима Бессера, проживающего в Дюссельдорфе, доступно всем, желающим его увидеть. Оно состоит из почти 500 произведений "шестидесятников", ставших признанными мастерами русской живописи второй половины XX столетия. Доктор Бессер не скрывает своего желания создать музей современного искусства в Саратове, где он когда-то жил, и передать свое собрание городу.

В.Е. Как вы можете оценить рынок русского искусства внутри России? Антикварные салоны, аукционы, галереи растут как грибы после дождя. Соответствует ли содержание, наполненность рынка искусства внутри России его масштабам?

Н.Л.-Р. Рынок русского искусства в России сконцентрирован в руках дилеров и галерей. Минимальная доля этого рынка, около 5%, проходит через аукционные дома. Вне России, за рубежом, эти пропорции зеркальны. Аукционные дома контролируют более 70% рынка антиквариата, и этот процент растет за счет дилеров. Лет 50 тому назад дилеры являлись главными покупателями на аукционах. Аукционы были как бы "оптовым рынком", где антиквары пополняли свои запасы. Благодаря усиленной рекламе аукционные дома заманивают коллекционеров, тем самым вытесняя дилеров с их комиссионными при продаже произведений клиенту.

Я не вижу в России перспективного аукционного рынка антиквариата, ибо российский рынок незначителен в мировом масштабе, как по ценам, так и по количеству произведений. В 2003 году мировой объем продаж аукционных домов достиг 6 миллиардов долларов. Ежедневно в Лондоне аукционные дома продают в среднем 2000 картин. Плюс 500 картин, проданных галереями и дилерами, приводят к итогу в 2 500 проданных картин в день. Это равняется почти годовому обороту продаж картин в России, где рынок живописи все еще хаотичен и случаен. В нем отсутствуют основные критерии рынка искусства - понятие о качестве и атрибуции. Нет стабильных цен. Это обстоятельство, в некотором смысле, отражает и профиль нынешних покупателей - это скорее не квалифицированные и искушенные коллекционеры, а недавно разбогатевшие люди, нувориши, которые отчасти наивно рассчитывают на постоянный рост цен на их приобретения. Они, очевидно, совершенно не принимают в расчет циклический характер рынка искусства и, похоже, таким образом избавляются от "случайных" денег в обмен на антиквариат и живопись, естественно, рассматривая их как некое достойное капиталовложение.

Зарабатывают на живописи не инвесторы, а коллекционеры, у которых есть "глаз" и интуиция. Искусство не подпадает под обычную рубрику как предмет инвестиций. В отличие от ценных бумаг или драгоценных металлов, живопись - отрасль, где две картины не бывают одинаковыми. И суждение о каждой из них делается на основе знаний, эстетических критериев, значения творчества художника в развитии искусства. Так что мнение о картине абсолютно субъективно для зрителя. Капиталовложение же профессионала или по совету профессионала делается обычно на основе конкретных фактов. Суждения на арт-рынке подобны суждениям врача, - т.е. судят на основе проверенных данных плюс интуиция.

В.Е. Недавно был поставлен рекорд цены на произведение искусства. "Мальчик с трубкой" Пикассо был продан за 104 миллиона долларов - примерно столько же стоила и коллекция императорских пасхальных яиц, приобретенная В.Ваксельбергом. А каковы ценовые рекорды в русской живописи? Что, например, показал русский аукцион "Сотбис" в Нью-Йорке, прошедший в апреле 2004 года? И почему "Сотбис" вдруг устроил (по-моему, впервые) специализированный русский аукцион в Нью-Йорке?

Н.Л.-Р. Ощутимое присутствие новых покупателей из России началось в 1998 году. Их число увеличивается с каждым аукционом, что и способствует достижению рекордных цен на каждом аукционе русского искусства.

 

Рекордные цены на русскую живопись

 

"Сотбис", Лондон, ноябрь 2003 г. (в $ США)

 

Л.Бакст. "Покинутая Эхо", 1922. 66х48 см. 722.000

В. Поленов. "Пейзаж с колодцем и кипарисом", 1896. 132х83 см. 543.000

С.Судейкин. "Кабак в Тифлисе", 1919. 69х66 см. 267.000

 

"Сотбис", Нью-Йорк, апрель 2004 г.

 

В.Баранов-Россине. "Натюрморт со стулом", 1911. 88х69 см. 1.184.000

И.Айвазовский. "Спасшимся", 1878. 198х268 см. 1.083.000

М.Ларионов. "Лежащая обнаженная", 1900. 97х73 см. 478.000

В.Верещагин. "Казачий пост на Дунае", 1886. 100х135 см. 440.000

В.Харламов. "Сестры", 1888. 86х70 см. 44.000

 

"Сотбис", Лондон, май 2004 г.

 

М.Нестеров. "На земле покой", 1912. 102х67 см. 1.025.750

Дж.Доу. "Александр I", 1820. 236х148 см. 700.760

П.Кончаловский. "Цветы на розовом столе", 1918. 89х108 см. 600.000

К.Маковский. "Обнаженная". 62х32 см. 335.150

К.Коровин. "Улица Парижа". 71х90 см. 325.000

В.Бродский, Б.Пинхосович. "Маршал Жуков", 1946. 297х200 см. 167.000

 

Пока еще рекордные цены на русскую живопись в сто раз меньше, чем на импрессионистов. За исключением картины Малевича, проданной на аукционе "Филипс" в Нью-Йорке за 16 миллионов долларов. На прилагаемой таблице указаны рекордные суммы, вырученные на последних трех аукционах "Сотбис". Самая высокая цена в таблице - за работу Баранова-Россине - 1,2 миллиона долларов. Я считаю, что эта цена является случайностью, ибо всего лишь месяц спустя 5 из 7 работ В.Баранова-Россине остались непроданными. Аналогичная случайность и с К.Малевичем. Из последующих трех подобных работ, выставленных на аукционах, две остались непроданными. А олигарх Потанин купил "Черный квадрат" из распродаваемой за долги коллекции "Инкомбанка" за 1 миллион долларов для Эрмитажа. Также малопонятна цена 722 тысячи долларов за эскиз балетного костюма Бакста. Сама работа - не из лучших. Даже если бы это было одно из его изящных, "хрестоматийных" произведений, то и тогда можно было бы удивиться несоответствию такой цены с аукционными ценами за театральные работы Пикассо или Шагала, стоящими сейчас значительно меньше. Зато Айвазовский, бесспорно, из года в год занимает вершину в этом сегменте, аукционной торговли.

Благодаря возрастающему спросу на русскую живопись в Нью-Йорке и стабильности этого рынка за последние пять лет, "Сотбис" восстановил тематический русский аукцион в Нью-Йорке после семилетнего перерыва. Многие из наших соотечественников живут частично в России и частично за рубежом, включая Нью-Йорк, где они успешно приобретают русскую живопись. Число ее покупателей в Европе и Америке становится все больше и больше, качественных же работ, поступающих на рынок, становится все меньше и меньше. Отсюда и скандал на майском русском аукционе "Сотбис", когда, по сообщению лондонской "Гардиан", картина И.Шишкина "Пейзаж с ручьем", оцененная в каталоге более чем в 1 миллион долларов, была в самый последний момент (буквально за полчаса) снята с аукциона, так как оказалась слегка подправленной работой голландца М.-А.Куккука (1807-1868), стоящей менее 1% суммы, в которую был оценен И.Шишкин. Но ведь мошенникам удалось получить на эту картину экспертное заключение Третьяковской галереи, и лишь то, что картина была совсем недавно публично продана на торгах в Швеции как работа Куккука, помогло разоблачить подделку. Именно дефицит хорошей русской живописи на антикварном рынке движет умельцами, начинающими в расчете на непритязательных русских покупателей переписывать западноевропейскую живопись под русскую, а дилеры и коллекционеры начали уже скрести по сусекам.

В.Е. Как вы считаете, не следует ли "Сотбис" повторить сенсационный опыт русского аукциона в Москве, прошедшего в 1998 году?

Н.Л.-Р. Для создания в Москве серьезного антикварного рынка, включая живопись, конечно, желательно присутствие многонациональных аукционных домов, как "Сотбис" и "Кристис", а также и парижский "Таджян". Каждый из них имеет обширную сеть представителей во всех значительных городах мира. Эти представители занимаются розыском и поставкой антиквариата на аукционы. В результате аукционные дома создают периодически тематические аукционы, которые они отправляют на продажу на родину, как, например, "Сотбис" проводит аукционы иудаики в Тель-Авиве, китайской живописи в Гонконге и австралийского искусства в Мельбурне. Причина здесь в том, что покупатели данной страны платят больше за своих живописцев, чем иностранцы.

К сожалению, этот процесс в России невозможен по юридическим и таможенным правилам. Во-первых, ввоз и вывоз искусства в Россию ограничен. Маленькое улучшение появилось в январе этого года, в контексте соглашения между таможней и Минкультом, согласно которому ввоз предметов искусства для личного пользования не облагается пошлиной. Но это не закон, а соглашение, которое может быть приостановлено в любой момент. Во-вторых, в России действует закон о сорокапроцентном налоге на прибыль с продажи произведения искусства. Это исключает любую возможность проведения аукционов с работами, привезенными в Россию.

Проводить же аукцион на основе произведений, находящихся в России, малоинтересно для нерусского аукционного дома, ибо зарубежные покупатели не смогут вывезти произведения, которые они приобрели. Ввиду вышеуказанного, проведение нормальных аукционов в России гигантами аукционного мира неперспективно на многие годы.

В.Е. Сейчас в мире взлет интереса к современному искусству, цены на работы некоторых современных западных художников достигают заоблачных высот. Востребованы ли современные русские художники на крупных аукционах, или скульптура нашего неукротимого Зураба Церетели, представленная на последнем аукционе "Сотбис" в Лондоне, лишь эпизод, обусловленный характерологическими качествами президента нашей Академии художеств?

Н.Л.-Р. Современная русская живопись, главным образом работы шестидесятников, пользуется успехом на всех крупных аукционах, ибо на нее большой спрос среди коллекционеров в России. Мы с вами были свидетелями того, что в 1970-х годах художники-нонконформисты, которые творили качественные произведения ради искусства, а не для госгонорара, не имели покупателей в России. Стоимость их работ тогда была от 50 до 200 долларов. Приобретали их произведения иностранцы и дипломаты, которые затем увозили приобретенные картины. Как пример вспоминаю, что в 1970 году Кабаков мне предлагал свои эскизы-иллюстрации к книгам по два доллара. Они лежали кучей у входа в его мастерскую. Сама мастерская была увешана и завалена его произведениями, ожидающими покупателя. Подобное творилось у Э.Штейнберга, В.Янкилевского и большинства других "неофициальных" художников.

А в первые годы перестройки начался массовый вывоз из России лучших экспонатов этой живописи, когда цены на нее уже выросли до тысячи долларов за холст. Некоторые из художников последовали за живописью. В результате большое количество качественной живописи нонконформистов находится вне России. Поэтому коллекционерам из России дешевле покупать сегодня шестидесятников на аукционах за рубежом, ибо цены на них там ниже, чем у дилеров и в галереях Москвы и Питера.

В.Е. Чем был интересен русский аукцион "Сотбис", состоявшийся 26 мая в Лондоне? Какие из лотов привлекли ваше внимание? Каков его экономический итог и какие тенденции в русском художественном рынке он выявил?

Н.Л.-Р.

 

Объем продаж на русских аукционах "Сотбис" за последние 5 лет

 

Год: 2000. 2001. 2002. 2003. 2004 (полгода)

Миллионы долларов: 10,5. 14,0. 21,0. 24,2. 21,6

 

Майский аукцион "Сотбис" отличался малым количеством качественных работ, большим количеством картин (322 лота живописи из 490), с каталогом в два раза толще обычного и с беспрецедентно высокими ценами. 78% лотов были проданы, что является средним уровнем за последние 5 лет у "Сотбис". Успех аукциона неоспорим.

Явно, что спрос на русскую живопись, независимо от качества, очень большой. Начиная с икон, старых мастеров, через передвижников, "Мир искусства", соцреализм, вплоть до шестидесятников - все удачно продалось. А вот единственная современная работа, скульптура "Святой Георгий убивает дракона" З.Церетели, осталась невостребованной.

Понравился мне парадный портрет Александра I кисти Дж.Доу, поступивший на аукцион от хозяина "нового замка" в Баден-Бадене. И "Вид Ялты" - одна из 12 картин Айвазовского. К.А.Коровин был представлен 13-ю холстами, плюс эскизом декорации к "Русалке". Из них я был бы рад приобрести "Вид парижской улицы" в импрессионистическом стиле из собрания Льва Гарганова в Париже. Картина достигла рекордной цены для Коровина - 325000 долларов. Впервые на "Сотбис" живопись была распределена по шести темам: 130 лотов "классики", затем 93 лота художников, живших в Париже, потом "балет и театр" - 29 лотов, русские художники в Америке - 29 лотов, соцреализм - 11 лотов и 11 лотов шестидесятников. Это группирование, конечно, концентрирует внимание покупателей, наводя их на предпочитаемые ими разделы.

Стремительный рост объема продаж на "Сотбис" за последние 5 лет способствует росту цен на аукционах русской живописи. За первые 6 месяцев 2004 года оборот "русского отдела" у "Сотбис" был вдвое больше, чем за весь 2000 год.

Как долго будет продолжаться бум на русскую живопись, трудно предвидеть. Но, что у бума будет конец, сомнения нет. Интересно, конечно, знать, до какой степени рынок упадет. В 1988-1989 годах цены на русскую живопись на аукционах упали в среднем на 50%. А выздоровление рынка медленно началось только спустя 3 года, в 1992-1993 годах. Зато рынок продолжает крепнуть вот уже 10 лет. На этом фоне цены росли на 30% в год за последние 2 года. Но, независимо от этого, не забывайте цикличность любого арт-рынка. Поживем - увидим...

В.Е. Что происходит сейчас с вашей замечательной коллекцией русского театрально-декорационного искусства. Не нашелся ли какой-нибудь свой Ваксельберг или фонд, чтобы приобрести эту коллекцию, например, для Музея изобразительных искусств им. А.С.Пушкина, где она, конечно, очень нужна?

Н.Л.-Р. К сожалению, ничего существенного относительно приобретения нашего собрания не происходит. Мы продолжаем изредка одалживать работы на выставки. Следующая будет в 2005 году на балетном фестивале, посвященном Сергею Дягилеву, в городе Гронинген в Голландии.

В.Е. Государственной Думой принят и действует закон о перемещенных ценностях, которым регулируется, в частности, процесс возвращения Германии произведений искусства и объектов материальной и духовной культуры, вывезенных после войны, и возвращения в Россию культурных ценностей, похищенных немецкими войсками.

Вы, видимо, знаете, что германские культурные ценности, вывезенные советской стороной, и совершенно законно, из Германии в качестве репараций - возмещения ущерба, нанесенного немецкими войсками нашей стране - хранились в различных музеях СССР. Некоторые собрания, как, например, Дрезденская галерея, были отреставрированы и переданы Германии еще при советской власти. Та же судьба и у ряда книжных коллекций. Другие остались в крупнейших российских музеях и библиотеках, в последние годы активно экспонируются, каталогизируются, являются предметом научных публикаций. Это и "золото Шлимана" в Музее изобразительных искусств им. А.С.Пушкина в Москве, коллекция импрессионистов в Эрмитаже, коллекция Лейпцигского музея книги и шрифта, включая знаменитую Библию Гутенберга, в Российской государственной библиотеке. Об этом собрании неоднократно писал наш журнал, публикуя истинные библиофильские уникумы, хранящиеся в РГБ бережно и тщательно.

Но при всем этом вопрос о перемещенных культурных ценностях продолжает оставаться в России достаточно острым. Стоит вспомнить недавнюю историю с "Бременской" коллекцией рисунков, полотном Рубенса, о котором мы говорили выше, и т.д. Как вы относитесь к этой проблеме?

Н.Л.-Р. Вопрос этот настолько насыщен эмоциями в России и Германии, что долго еще будет обсуждаться и останется открытым. Что же касается принятого несколько лет назад Государственной Думой закона, то напомню, что бывший тогда министром иностранных дел ФРГ Клаус Кинкель в интервью газете "Welt am Sonntag" выразил протест против того, что Россия в одностороннем порядке признает находящиеся на ее территории ценности своей собственностью, что противоречит, по его мнению, международному праву и российско-германским договорам 1990-1992 годов. Рудольф Блаум, бременский эксперт по международному праву, который долгие годы был членом совместной комиссии по реституции, назвал этот закон "немыслимой авантюрой".

Есть и технические затруднения. России трудно предъявить полный список похищенных немцами художественных ценностей с оккупированной ими территории. Провинциальные музеи зачастую хранили уникальные художественные предметы. Специальные немецкие команды отбирали и эшелонами везли в Германию картины, книги, архивы, скульптуры, иконы... Но беда в том, что даже крупнейшие музеи России не имели полных каталогов. Как тут составить исчерпывающий инвентарь похищенного, да еще через столько лет? Как я слышал, сейчас вышло, кажется, 2 тома списков похищенных фашистами произведений искусства. Но вряд ли они полны, хотя эта работа, конечно, очень важна.

Что касается германских ценностей, вывезенных в качестве репараций советскими войсками из побежденной Германии, то, как я знаю, их судьба различна.

Когда мы с вами в конце 1980-х посещали академика Д.С.Лихачева в санатории Академии наук "Узкое" под Москвой, он подвел нас к древней церкви и рассказал, что церковь эта превращена в склад, где без соблюдения элементарных условий хранения были свалены десятки тысяч книг на иностранных языках, вывезенных из Германии, в том числе даже инкунабулы. Конечно, многие из книг в результате такого отношения погибли. Теперь это действующая церковь во имя Казанской иконы Божией Матери и ничто в ней не напоминает, что она была книжным узилищем. Но, возможно, некоторые из уцелевших книг попали при освобождении церковного здания в фонды Государственной публичной научно-технической библиотеки, где собираются иностранные книжные издания, начиная с 1895 года. И вот я с удивлением читаю в российской газете "Культура", что 20 августа этого года в Москве началось принудительное выселение фондов из хранилища ГПНТБ на Славянской площади в Москве. Какому-то ОАО "Интерметсервис" понадобилось здание в центре столицы, и, ничтоже сумняшеся, более 1,2 миллиона изданий, в том числе раритетных, буквально вышвыриваются в какое-то бомбоубежище. В цивилизованном обществе так к книгам и библиотекам не относятся, и если среди гонимых томов есть трофейные, а они там есть почти наверняка, то уж лучше вернуть их бывшим хозяевам, а не позорить Россию и ее руководителей на весь мир.

Или еще один, тоже современный пример. Близ Николиной Горы в парке пансионата "Сосны", относящегося, между прочим, к Управлению делами Президента России, где ежегодно бывают тысячи человек, уже десятилетия буквально гибнут брошенные на землю два великолепных бронзовых оленя, созданные немецким скульптором Г.Христлибом и отлитые известной берлинской литейной фирмой "Gladenbeck und Sohn". "Олени, - как пишут в российской прессе, - представляют собой совершенные по форме, превосходные бронзовые экземпляры, имеющие исключительную художественную ценность". В качестве трофеев они были после войны доставлены из-под Берлина, где находились в знаменитой усадьбе Геринга Каринхале. Более полувека этих прекрасных произведений садово-парковой скульптуры не касалась рука реставратора, какие-то местные умельцы измазали их бронзовой краской, дети и взрослые портят скульптуры, нанося им непоправимые увечья. Именно такое отношение к перемещенным объектам культуры заставляет задуматься об их судьбе. Казалось бы, чего проще - владеете культурными ценностями, следите за ними, как положено в цивилизованном обществе, отреставрируйте эти произведения, поднимите их на соответствующие постаменты, установите рядом таблички с известной и опубликованной уже историей этих бронзовых красавцев и любуйтесь ими. Кстати, их третьего собрата можно увидеть в целости и сохранности на постаменте в зоопарке берлинского района Фридрихфельде. Такие и им подобные примеры небережения, выражающиеся в наплевательском, как в случае с оленями из "Сосен", отношении мелких чиновников и хозяйственников к произведениям искусства, в частности, трофейным, непозволительно, и  лишь обостряют проблему перемещенных культурных ценностей.

Но есть и примеры взаимовыгодного, лежащего в правовом поле возвращения оказавшихся за рубежом в результате Второй мировой войны исторических реликвий. Так, архив следователя Соколова с многочисленными документами о гибели императора Николая II и его семьи был куплен князем Лихтенштейна и передан им, при посредничестве барона Э.А.Фальц-Фейна, кстати члена редакционного совета вашего журнала, в Россию в обмен на возвращение семейного архива властителей Лихтенштейна, вывезенного после войны из Вены, где был княжеский замок. И трофейный архив баронов Ротшильд был не так давно обменен на документы, связанные с императором Александром II.

А некоторое время назад были возвращены из Эрмитажа во Франкфурт-на-Одере отреставрированные витражи из церкви XIV века Мариенкирхе, в качестве репараций поступившие в СССР после войны. Так что отдельные частные проблемы реституции между Россией и Германией можно успешно решать, конечно, на компенсационной основе и с соблюдением всех юридических формальностей и этических норм.

Что же касается вообще вопроса о перемещенных культурных ценностях, то он очень и очень сложен, многопланов и политически взрывоопасен. Создание прецедента возврата культурных ценностей одним государством другому повлечет за собой цепную реакцию межгосударственных тяжб. Поэтому в этом эмоциональном политическом минном поле многие страны проявляют удивительное и циничное единодушие. Говорить о реституции и исторической справедливости можно, но заниматься этим всерьез на государственном уровне не рекомендуется. Я не вижу в мире правительства, которое разрешит возврат имущества, называемого бывшей противной стороной "награбленным". Шаг такого сорта грозит переизбранием администрации и, более того, ярлыком предательства национальных интересов.

Конфликт между Грецией и Великобританией по поводу всемирно известных "Элджинских мраморов" - фризов и скульптур, вывезенных лордом Элджином из полуразрушенного турками Парфенона и хранящихся в Британском музее, - навряд ли разрешаем. А что, собственно, сделал Элджин? Он спас античный мрамор, служивший стенками пороховому погребу, от неминуемой гибели и законно, по тем временам, вывез нечто культурно-значимое из полуразрушенной и порабощенной турками Греции. Как определить сегодня юридические или этические критерии его поступка? Кто был в тот момент обладателем Парфенона? Несуществующее государство или его завоеватели? С кем, собственно говоря, конфликт? С ушедшей в историю Оттоманской империей или с сегодняшней Грецией? Ответ на все эти вопросы, на которые пока не существует всеми приемлемых, юридически обоснованных решений, процесс весьма затяжной, который унаследуют и наши потомки. Трудно себе представить опустевшие залы английских или европейских музеев и собраний, если вдруг Китайская Народная Республика решит потребовать вернуть увезенное империалистами из Китая. А "грабеж" шел столетиями. Или же Голландия будет выяснять отношения с Испанией, или наоборот, по поводу культурных ценностей, вывезенных в XVII и XVIII веках. В какой мере нынешнее любое правовое государство ответственно за так называемые грехи отцов?

Можно и следует говорить о возвращении "личного имущества" физических лиц, пострадавших в результате военных действий. Можно говорить о компенсации. Но даже и в этих частных случаях требуется политическая воля и решимость администраций, готовых идти на непопулярные у электората шаги.

Может ли вернуть правительство США земли, отобранные у индейских племен? Строго говоря, вся Америка принадлежала разрозненным группам индейцев. Имеют ли право белые жить на земле, насильно отобранной у исторического этноса Америки - краснокожих? А конфликт государства Израиль с Палестинскими территориями? Кому, в конце концов, принадлежат храмы Святой земли?

Вопросы эти чудовищно сложны с юридической, философской и этической точек зрения. Поэтому я не думаю, что решение этой проблемы может состояться хоть в каком-то обозримом будущем.

В.Е. Почти все современные коллекции новых русских - а у некоторых из них есть уже неплохие собрания, например художников "Мира искусства" и "Голубой розы", книг и т.д., и т.д., - содержатся в тайне, которая, как известно, обуславливается страхом или перед прокурором или бандитом, чаще перед тем и другим. Верите ли вы, что в России постепенно появятся порядочные супербогатые люди, которые, скупив дворцы и имения, некогда отнятые у знатных фамилий, наполнят их честно приобретенными произведениями искусства и сделают свои коллекции доступными людям, ибо станут цивилизованными, просвещенными коллекционерами, меценатами?

Н.Л.-Р. Быть коллекционером в сегодняшней России задача не из простых. Нынешние сверхбогачи, обретшие капитал за последние 10 лет, ни особыми знаниями, ни вкусом не отличаются. Поэтому здесь скорее процесс накопления предметов искусства, чем собирательство в чистом виде. В Англии, например, где семейные собрания создавались поколениями, их обладатели открывают, и главным образом летом, свои дома с коллекциями для публики по определенным дням. Не думаю, что в нынешней криминализованной России, где страх перед бандитом и прокурором равновелик, это возможно. Но и отцы-основатели нынешних знаменитых английских собраний были тоже не ангелы. Поэтому на все нужно время. Государственной Думе надо принять закон о меценатстве, и тогда к просвещенному меценатству, надо надеяться, придут потомки нынешних скоробогачей. Поскольку просвещение, вкус и страсть к искусствам не рождаются в одночасье. При этом, необходимое условие - стабильная страна без государственных переворотов и экспроприаций. Надеюсь, что так и будет.

Москва-Лондон

Н.Д.Лобанов-Ростовский, почетный доктор Санкт-Петербургской академии художеств

Н.Д.Лобанов-Ростовский, почетный доктор Санкт-Петербургской академии художеств

Д.Путята. Мураново. Усадебный дом и луга перед ним. 1868. На этих лугах, воспетых Е.Боратынским, вскоре может возникнуть очередной уродливый коттеджный поселок

Д.Путята. Мураново. Усадебный дом и луга перед ним. 1868. На этих лугах, воспетых Е.Боратынским, вскоре может возникнуть очередной уродливый коттеджный поселок

Один из лучших памятников московского деревянного зодчества – «Дом Полибина» в Денежном переулке убивают на глазах жителей и гостей столицы. Фото В.Некрасова. 2004

Один из лучших памятников московского деревянного зодчества – «Дом Полибина» в Денежном переулке убивают на глазах жителей и гостей столицы. Фото В.Некрасова. 2004

Передача посланниками Папы Римского Иоанна Павла II списка иконы Казанской Божией Матери Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II может стать важным шагом на пути сближения церквей. Фото О.Каплина и Е.Федоровского. Август 2004

Передача посланниками Папы Римского Иоанна Павла II списка иконы Казанской Божией Матери Патриарху Московскому и всея Руси Алексию II может стать важным шагом на пути сближения церквей. Фото О.Каплина и Е.Федоровского. Август 2004

За последнее десятилетие Москва очень изменилась. Не пощадили даже Манежную площадь. Фото В.Некрасова. Август 2004

За последнее десятилетие Москва очень изменилась. Не пощадили даже Манежную площадь. Фото В.Некрасова. Август 2004

С.Андрияка. Пожар в Манеже в 2004 году. 2004. Бумага, акварель

С.Андрияка. Пожар в Манеже в 2004 году. 2004. Бумага, акварель

Дж.Доу. Портрет Александра I. 1820. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

Дж.Доу. Портрет Александра I. 1820. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

И.Айвазовский. Вид Ялты. 1867. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

И.Айвазовский. Вид Ялты. 1867. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

В.Садовников. Вид на Московский Кремль. Середина XIX века. Бумага, гуашь. «Сотбис», май 2004

В.Садовников. Вид на Московский Кремль. Середина XIX века. Бумага, гуашь. «Сотбис», май 2004

М.Нестеров. На земле покой. 1912. Холст, масло. «Сотбис», 2004

М.Нестеров. На земле покой. 1912. Холст, масло. «Сотбис», 2004

А.Н.Бенуа. Эскиз декорации к балету «Жизель». Бумага, акварель. «Сотбис», май 2004

А.Н.Бенуа. Эскиз декорации к балету «Жизель». Бумага, акварель. «Сотбис», май 2004

К.Коровин. Ницца. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

К.Коровин. Ницца. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

С.Судейкин. В фруктовом саду. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

С.Судейкин. В фруктовом саду. Холст, масло. «Сотбис», май 2004

П.Трубецкой. Великий князь Андрей Владимирович. 1910. Бронза. «Сотбис», 2004

П.Трубецкой. Великий князь Андрей Владимирович. 1910. Бронза. «Сотбис», 2004

Более полувека прекрасный бронзовый «Отдыхающий олень» скульптора Г.Христлиба, отлитый в Берлине в первой половинеХХ века, безуспешно ждет реставрации в парке пансионата «Сосны» Управления делами Президента РФ

Более полувека прекрасный бронзовый «Отдыхающий олень» скульптора Г.Христлиба, отлитый в Берлине в первой половинеХХ века, безуспешно ждет реставрации в парке пансионата «Сосны» Управления делами Президента РФ

Г.Христлиб. «Лежащий олень». Первая половина ХХ века. Германия. Бронза. Ныне место его пребывания — парк пансионата «Сосны» Управления делами Президента РФ. Скульптура нуждается в срочной реставрации

Г.Христлиб. «Лежащий олень». Первая половина ХХ века. Германия. Бронза. Ныне место его пребывания — парк пансионата «Сосны» Управления делами Президента РФ. Скульптура нуждается в срочной реставрации

 
Редакционный портфель | Указатели имён и статей | Подшивка | Книжная лавка | Выставочный зал | Культура и бизнес | Подписка | Проекты | Контакты
Помощь сайту | Карта сайта

Журнал "Наше Наследие" - История, Культура, Искусство




  © Copyright (2003-2016) журнал «Наше наследие». Русская история, культура, искусство
© Любое использование материалов без согласия редакции не допускается!
Свидетельство о регистрации СМИ Эл № 77-8972
 
 
Tехническая поддержка сайта - webgears.ru